Ух, началось! - Страница 49


К оглавлению

49

Глава вторая

Неужели все позади?

Все вышло, как у Льюиса Кэрролла в Алисе: «Нужно бежать со всех ног только для того, чтобы остаться на месте».

Бросив сумку в прихожей и пропустив гостя вперед, прошла за ним, решив поставить чайник. Окинула взглядом свою маленькую уютную кухню, так еще и не веря, что все позади и я снова дома.

Пустые шкафы, выключенный холодильник, почти нет пыли. Явно побывала мама. Подумав о госте, с трудом представила его готовящим себе какую-либо еду.

По дороге мы договорились, что, раз он здесь в любом случае останется, я уйду жить к родителям, мне их очень не хватало, а Ника пока поселю у себя. А там видно будет.

Вот совсем не хотелось ходить по квартире и вспоминать, что и как там было до того, как я узнала, кто со мной жил!

– Ник, я буду привозить тебе продукты.

– Ничего мне не надо, я все куплю себе! – упрямо твердил гость.

Что ж, «Ник с возу – мне легче»! С улыбкой вспомнила, перефразировав, поговорку бабушки.

Достала из отключенного морозильника пакет с молотым кофе и заварила, подставив гостю под нос дымящуюся чашку. Он будто этого и не заметил. Мы за дорогу довольно хорошо сошлись, и я рискнула тихо спросить:

– О чем-то думаешь?

Ник ответил не сразу. Он сидел рядом, наблюдая из окна за хорошо освещенной улицей и практически не шевелясь. Его кофе постепенно остывал. Ник полностью сосредоточился на чем-то своем.

Дав ему время подумать, я налила и себе чашку и села с другой стороны.

– Даш, ты поняла, что это за нами бандитов послали?

– Поняла. – Пить такой горячий кофе было невозможно.

– Я тоже, сразу. Случайностей не бывает…

– Ты что, винишь себя?! – возмутилась я, все же глотнув немного и обжегшись.

– Я никогда не понимал, почему не хищный оборот так низко ценят. Белок, зайцев и прочий «хлам» если и брали в стаю под защиту, то как рабов и слуг. А теперь понял – мы от людей не сильно отличаемся. Трудная ситуация – можем только убегать.

– Да?! – Я сегодня так переволновалась, что счастливое настроение, что нахлынуло на меня, когда мы сели в машину и ночью добрались до дома, все еще мягким пухом оберегало меня от пережитого. А Ник мучился из-за чего-то, что до меня еще не дошло. – А что, есть большая разница: хищный – не хищный?

– Да. Только Федор Георгиевич принял к себе всех на равных правах и приструнил особо высокомерных хищников. Бабушка рассказывала, что наш клан – первое место, где она себя почувствовала настоящим человеком!

– Ужасно! И ты тоже попал рабом?

– Нет, я родился уже в клане. Мне повезло. Конечно, хищные цепляли, но ровно до того, как узнавал вожак… Он быстро успокаивал чистокровных. Но если с ним что случится, все, что создавалось в клане почти полвека, – рухнет. И мы вновь станем рабами.

Я возмутилась, громко поставив кружку на стол:

– А жить отдельно от всех этих глупых законов нельзя? Что за дикость? Хищные – не хищные!

– Нет, запах не скроешь! Если ты не под защитой клана – первый встречный хищник берет тебя себе в рабы. Закон сильнейшего.

Такое мракобесие! Дикость! Резко придвинула кофе к себе, разлив в блюдце половину.

– Нет! Но кто эти законы придумал?! – кипела я от несправедливости, категорично сложив руки на груди. Пить кофе в таком состоянии я не могла.

Ник пожал плечами:

– А что сделаешь? Такое может изменить только сильный хищник. А в нашем клане это вожак и делает. В единственном! В других, в лучшем случае, белок к себе не принимают!

Я вспомнила еще один закон: о браке чистокровных. Меня интересовало, реальный ли это закон. Все же Сейрра не самый кристально чистый источник информации. Надо расспросить!

– А что там о чистокровных?

– Ну если ты чистокровный заяц или еще кто мелкий, это никого не интересует, а вот если чистокровный хищник… то да, это элита! Они могут принимать не только несколько разных видов оборота, еще и время покорения зверя у них короче, – спокойно ответил Ник, закинув ногу на ногу, словно ему стало неуютно.

– А жениться? – тихой мышкой спросила я, прикусив нижнюю губу. Об обороте и зверях я особенно ничего и не поняла.

– Жениться они должны по закону… только на таких же…

Голос его упал, и, только теперь заметив чашку с остывшим кофе, Ник залпом выпил все. Он устал, а я его пытаю. Медленно встала, собрала пустые чашки и, склонившись над раковиной, помыла. Ник так и сидел, заметно приуныв, опершись спиной о стену.

Я, внезапно даже для себя, спросила:

– Ты уже обжегся на ком-то?

Он грустно кивнул. Я взялась отвлекать, чувствуя себя неловко, это ведь я завела этот разговор.

– Ник, а как ты согласился меня отвезти?

– Я как раз дежурил на базе, когда Сейрра подошла к моему столу и попросила вызвать для тебя такси.

– И все?! – недоверчиво спросила я.

Какое он ко мне имел отношение, чтобы вызваться везти меня? Странно!

Ник с минуту помолчал, поджав губы, а потом ответил:

– Я испугался, что Сейрра задумала что-то скверное.

Сейрра? Так вот оно что! Ага, все к себе примеряю! Мысленно покачала головой. Ник молчал, и я продолжила:

– Да? Все так ненадежно? А что она может натворить?

– Не знаю, но ее мать водится с чужаками, – буркнул он. – Сам видел…

– А почему испугался?

– Да она такая… наивная. Я подумал, что мать ее надоумила на что-то гнусное, потому решил взять твою охрану на себя.

Уж не к этой ли чистокровной он имел неосторожность посвататься?

– А вожаку не говорил о решении? – Мне надо было в разведчики идти.

– Его весь день не было на базе. Звонить нельзя, телефоны прослушиваются.

– И что?! Никакой связи?! – удивленно повысила голос я. Нет, в разведчики нельзя – эмоции подводят.

49